А знаете ли вы, что изобретением первого звукозаписывающего аппарата мы обязаны Томасу Эдисону? Да-да, все тому же гениальному изобретателю лампочки и электрического стула. Однако превратить звукозапись в индустрию Эдисон не смог. И хотя именно он первым обратил внимание на меломанов как на целевую аудиторию, его конструкция фонографа, использовавшего валики, была нежизнеспособна. Валики практически не поддавались тиражированию. Певец мог петь одновременно максимум перед тремя рупорами – соответственно голос его записывался лишь на три валика (оркестровые номера правда можно было записать на все 10 валиков). Но представьте, если запись пользовалась популярностью, артисту приходилось несколько дней петь одно и то же, чтобы записать мало-мальски приличное количество валиков. Неэффективно.
А в индустрию звукозапись превратил «враг» Эдисона – Эмиль Берлинер, когда придумал записывать звук не на валики, а на диски, которые поддавались штамповке. Эдисон пытался бороться с изобретенными Берлинером граммофонами всеми возможными способами, и от отчаяния даже изобрел способ тиражирования валиков. Но до многотысячных тиражей пластинок валикам Эдисона было далеко. В 1913 году он признал свое поражение, а граммофонные пластинки начали триумфальное шествие по миру.
